Category: техника

Category was added automatically. Read all entries about "техника".

"Надо быть полным идиотом,чтобы считать меня загадкой" *

- Дыхание в норме. Пульс в норме. Систолическое ..., - голос на мгновение замолкает, - систолическое, будем считать, тоже в норме.
Крутой подъём, тяжело и очень темно. Это не шоссе. Больше похоже на колодец или тоннель. Проход широкий, стен не чувствуются. Надо выбраться, обязательно выбраться. Хочется больше воздуха. Яркий пронзительный свет. Плотный, ослепительно белый. Больно. Режет, словно ножом. Закладывает уши. Нестерпимо...
- Он открывал глаза.
- Надо убрать освещение.
Звон разбитого стекла, брызги. Вода? Нет, какое-то липкое. Сироп? Чай? Что-то кричат.
- Ничего страшного, - успокаивает первый голос, - сейчас уберу.
Негромкие звуки, непонятные слова, шуршание. Наверное, сметают осколки.
- Всё вроде, - не очень уверенно сообщает он, - не видно больше стекла. Потом пропылесосят.
- Приглуши освещение, - напоминают ему, - достаточно сто пятьдесят люкс.
Сквозь приоткрытые веки видны настоящие джунгли из пластиковых трубок и разноцветных проводов. Пинцеты, зажимы, пробирки, бинты, тампоны. Бегут жидкости, блестят острые инструменты из нержавеющего металла.
- Нет-нет...
Белоснежная шапочка, большие в половину лица защитные очки с прозрачными желтыми стеклами, повязка, закрывающая рот, передник поверх халата.
- Говорить тоже не надо. Просто моргни два раза, если понял.
Поднимаю и опускаю веки.
- Слышит! - его голос полон ликующих ноток.
Странное с левой пяткой. Словно раскаленное железо прикладывают. Нога непроизвольно дергается.
- И рефлексы присутствуют!
Первый рассматривает график на экране. Длинные пальцы правой руки, задумчиво скребущие подбородок. Чуть склоненная на бок голова. Расстроенное постукивание ногтем по остроконечной кривой.
- Удивительно, - он сверяется с записями в блокноте, - лейкоциты ... гемоглобин... инсулин соответствуют уровню ...
Нарастающее тревожное гудение. Пальцы нервно бегают по клавиатуре. Неожиданно срывается со стула, подбегает к одному из многочисленных металлических блоков и бьёт по корпусу ногой. Звук обрывается на высокой ноте, насосы в прозрачных корпусах тут же принимаются с шумом втягивать и выпускать воздух. Он вытирает лоб. Смотрит невидящим взглядом на картину, где девушка с голубыми волосами пьет чай и возвращается обратно. График становится более пологим. Первый ерошит затылок:
- Но это не синдром Белена. При синдроме Белена прогрессирует поражение оболочек. Здесь не видно никаких признаков ... Нейроглиальные структуры резко изрезаны температурными характеристиками. Это может означать, что ...
Он пытается уложить меня обратно. Мягко, стараясь ничего не повредить, давит на грудь.
Тонкие губы, большой рот. На какое животное он похож?
Дурацкие рукава путаются и мешают сопротивляться. Как всё нелепо. В боку скрипит. Непонятные ощущения.
- Потерпи еще немного, - просит он, - пожалуйста. Совсем чуть-чуть.
- Сколько? - чувствую, как шевелится язык, но слов не слышно.
- Не знаю, - кивок головой в сторону мониторов, - когда показатели стабилизируются.
Он похож на лягушку!
Комната начинает качаться, стены наклоняются, потолок опускается. "Реанимационный набор, немедленно!" Девушка с голубыми волосами уплывает. Веки бессильно смыкаются.

Мягкий неяркий свет, приятные серые стены. Появился букет, нежные белые орхидеи. Исчезли подставки с пробирками и поднос с инструментами.
- Как чувствуешь? - спрашивает он. Взгляд внимательный, сосредоточенный, глаза красные, видимо от недосыпа, - ничего не беспокоит? Голова не кружится?
Нет. Ничего не болит, не зудит, не ноет. Всё в порядке. Два раза опускаю веки.
- Попробуем сесть, - говорит он, осторожно просовывает руку под спину и аккуратно приподнимает меня, - вот так.
Мониторов стало больше. Цветные и черно-белые, что-то двигается, пульсирует, сокращается. Бегут цифры, строятся графики, вырисовываются диаграммы. Трубки сняли. Остались только два толстых провода, тянущихся к стойке с металлическими блоками. Весело мигают индикаторы и попискивают датчики. Прямо под девушкой, пьющей чай.
Точеный носик, милая ямочка на подбородке, голубые глаза, длинные ресницы. Голубые волосы свободно ниспадают на плечи. Легкое белое платье. Маленькие нежные руки держат чашку из тонкого фарфора. Белые носочки и белые туфельки с большой блестящей пряжкой. Пузатый чайник, белый в красные горошины, рядом на белоснежной скатерти "Страдания молодого Вертера". Блюдце, в котором немного малинового джема. Букет ромашек в прозрачной вазе. Утро дышит свежестью.
Длинный рукав, свисающий почти до пола, скрывает мою ладонь. Кто придумал такую одежду?
Первый держит в руках ленту, выползающую из самописца. Края тонких губ заметно выгибаются вверх.
- Все нормально, - улыбается он, - все нормально.
Я смотрю на далёкий потолок.
- Для первого раза достаточно. Теперь понизим нервное возбуждение. Убавим напряжение на два милливольта ...
Девушка с голубыми волосами смотрит на меня. Мы знакомы, но я не могу вспомнить, как её зовут.
Медленно накатывается волна равнодушия, веки постепенно тяжелеют....

Желтые штаны в крупную черную клетку, сухая крепкая ладонь. От него исходит чувство уверенности.
- Давай попробуем пройти.
Сегодня прекрасный день, воздух опьяняет и немного кружится голова.
- Ну, смелее, - ободряет он.
Нога медленно отрывается от пола.
- Прекрасно! - первый даже не пытается скрыть восторг, - твой маленький шаг - огромный шаг всего человечества!
Еще один шаг. Длинные рукава странного одеяния тянутся за мной, словно шлейф новобрачной.
- Сам теперь, - первый убирает руку, - без меня.
Останавливаюсь возле стены и смотрю на девушку, пьющую чай. Машу ей рукой.

Он усаживается на краю кровати:
- Начинай.
Закрываю глаза, делаю глубокий вдох. И...:

- Я шаг шагну - и оглянусь назад.
И ветерок из милого предела
Напутственный ловлю... И ношу тела
Влачу, усталый, дале - рад не рад.

Но вспомню вдруг, каких лишен отрад,
Как долог путь, как смертного удела
Размерен срок, - и вновь бреду несмело,
И вот - стою в слезах, потупя взгляд...**

- Браво! - аплодирует он.
Из его руки на одеяло выпадают металлические кружки, похожие на монеты. Это не деньги.
- Брависсимо! - продолжает восторгаться первый и обращается к кому-то:
- Думаю, что уже ...
- Да, - соглашается невидимка, - можно.
Первый сгребает рассыпанное и наклоняется ко мне за спину.
- Сейчас, минуточку.
Пальцы копошатся в районе левой лопатки. Вжикает застёжка-молния.
- Потерпи. Это не больно.
Мягкие щелчки. Слышу, как он дышит. Думаю, даже высунул кончик языка от напряжения.
- Не шевелись. Вот так...
Последний провод с негромким стуком падает на пол.
- Всё, - торжественно сообщает он, - Ты готов.
Он встаёт рядом. Чуть заметная улыбка. Внимательно смотрит, как я самостоятельно слезаю с кровати.
Девушка с голубыми волосами, знай: я свободен. Она смеётся.


- Хвастайся.
Он значительно ниже первого. Круглый живот, на котором еле сходится белый халат, огромная огненно-рыжая борода, зелёные шаровары и странные туфли с загнутыми к верху носами. Он страдает отдышкой.
- Пожалуйте, сир, - первый карикатурно склоняется и разводит руки.
- Вот ты какой..., - второй садится на корточки и протягивает руку для пожатия. На лбу крупные капли пота.
- Какой? - спрашиваю я с вызовом.
Девушка с голубыми волосами одобрительно смотрит на меня.
Первый быстро отворачивается. Его плечи трясутся.
- У меня для тебя есть кое-что, - продолжает второй. Подходит к большой сумке, которую принёс. На свет появляется белый конус, - это тебе.
Шляпа. Но какая прелестная!
Второй надевает её мне на голову.
- Прекрасно! - говорит он, поправляя резинку на подбородке, - не жмёт?
В руках у него небольшое круглое зеркало в темной оправе.
Белое, словно обсыпанное мукой лицо, черные нарисованные брови, огромное кружевное жабо...
Девушка с голубыми волосами, я тебе нравлюсь?
- Приятно с вами иметь дело, - говорит первый, давая понять, что аудиенция закончена.
- Взаимно, - отвечает второй. Неожиданно наклоняется, бесцеремонно хватает меня и кидает в сумку.
- Как вы смеете!
Но слова застревают в горле и не идут наружу...

Смех, аплодисменты, бравурный марш. Это где-то далеко. А здесь темно и пыльно. Я в воздухе, но не лечу. Что-то удерживает за воротник. Моя прекрасная шляпа съехала совсем на бок и вот-вот упадёт.
Рядом тихо чихают.
- Кто здесь?
Темнота отвечает нежным женским голосом.
- Я...
- Не вижу вас, прелестная незнакомка.
- Мне страшно в этом ми... - раздаётся в ответ, но ужасный грохот заглушает слова.
Шаги приближаются все ближе и ближе, грохот становится непереносимым. Кажется, весь мир трясётся от дикого топота. И неожиданно все замолкает. Явственно слышно шумное дыхание. Оно кажется мне подозрительно знакомым. Узкая полоска яркого света прорезает мрак. В образовавшейся щели мелькает огненная борода.
Да, это мой похититель.
Он протягивает свою огромную ручищу, покрытую редкими рыжими волосами, молча хватает и тащит меня. Рвётся ткань у меня за спиной.
- Дьявол!
Огромные пальцы ощупывают моё несчастное тело. Противно, но я ничего не могу сделать. Остаётся только терпеливо страдать. Поднимаю взгляд и сквозь слёзы вижу прекрасную девушку с голубыми волосами. Она бессильно висит на соседнем гвозде. На прекрасном лице написана мука. Точеные ручки безвольно опущены вдоль белоснежного платья.
- Дырка совсем маленькая, Пьеро, - сообщает он, - зрители далеко и ничего не заметят.
- Мальвина, - обращается рыжебородый мучитель к девушке с голубыми волосами. Она поднимает голову, глаза ярко блестят, - сейчас твой выход, - свободной рукой он снимает её с гвоздя.
- Смотрите у меня! - мохнатые брови грозно съезжают к переносице, черные глаза становятся еще холоднее, в них то и дело проскакивают молнии. Рыжая борода готова в любой момент встать дыбом. Он всем видом даёт понять, что шутить не собирается, - Чтоб работали на всю катушку! - рычит он. Капли слюны летят во все стороны, - с полной отдачей! Вам всё ясно?

** - Франческо Петрарка, пер Вяч. Иванова.

(no subject)

У Френкеля на даче была найдена неопровержимая улика - закопанная в огроде швейная машинка Зингер, на которой банкир строчил свои пасквили о Центробанке.