Category: природа

Category was added automatically. Read all entries about "природа".

женские сигареты

Худая кубинка одиноко сидела на скамейке. Ей все не нравилось: и пейзаж, и погода, и насекомые. У Марии были черные глаза, тонкие мускулистые руки, легкие розовые бриджи, белая майка без рукавов, под которой перекатывались небольшие кубинские сиськи.
Я таких видел в военных хрониках, которые крутили перед сеансами в кинотеатрах. Это были не санитарки с ласковыми глазами и белыми повязками на рукаве, не решительные регулировщицы движения со свистками во рту и флажками в руках, это были пулеметчицы на джипах с твердыми взглядами из-под козырьков головных уборов, напоминающих бейсбольные кепки, остервенело поливающие из многоствольных орудий эскадрильи американских бомбардировщиков.
Ей было далеко-далеко за тридцать, она безостановочно курила дешевые сигареты без фильтра. Наверное, у нее был муж, ребенок, может даже и не один, она смотрела невидящим взглядом на серую рябь озера Нарочь, на низкие свинцовые облака, выпускала изо рта невкусный сизый дым и видела зеленый, а в некоторых местах небесного цвета океан, огромные белые волны прибоя, пляж, покрытый раскаленным песком, детей визжащих от восторга на мелководье, и даже жмурилась от воображаемого нестерпимо яркого солнца.
Фидель сказал, что для дела Революции нужна собственная энергетика, и она поехала учиться в Минск. Мария зубрила теоретические основы электротехники, рисовала ненавистные графики токов переходного периода и изучала автоматику. Домой было ехать далеко и дорого, и после успешного окончания курса деканат премировал иностранных студентов путевками.
В кинотеатре дома отдыха «Голубые озера» крутили голливудский вестерн «Золото Маккенны». Почти всё кубинское землячество, восемь человек купили билеты, она идеологически стойко воздержалась.
- Как вы можете курить эту гадость? – спросил я и протянул ей пачку болгарских сигарет с фильтром.
- Берите, - настаивал я.
Она подняла черные глаза.
- Спасибо, - вежливо отказалась она.
- Берите, - продолжил настаивать я, - у меня еще есть.
- Эти слишком легкие, - улыбнулась Мария, - у нас курят сигары…
Она достала очередную сигарету без фильтра и тонкими черными пальцами принялась вытаскивать из нее деревянные щепки. Загадочные кубинские сиськи чуть подрагивали под белой майкой.
- Можно присесть? – спросил я.
Кровь прилила к голове, меня слегка затрясло от собственной наглости. Мария молча подвинулась на скамейке. Я опустился на краешек.
- А почему вы не в кино? – я продолжал поражаться собственному нахальству, - ведь все ваши пошли…
Она выпустила порцию невкусного дыма и поинтересовалась:
- Тебе сколько лет?
- Семнадцать, - ответил я.
- Семнадцать, - повторила Мария. Она говорила с легким акцентом, тщательно выговаривая окончания слов и правильно ставя ударения, у нее были ослепительно белые ровные зубы, - Семнадцать…
- Что? – переспросил я.
- Ничего, - неожиданно быстро отреагировала она, - А ты почему не пошел?
- Хорошее кино, - ответил я, - смотрел уже в Минске.
Она еще что-то спросила, я не услышал что именно, но догадался:
- Два часа фильм идет.
Мы молчали, вокруг было пусто. Кубинское землячество и остальные отдыхающие сидели в кинотеатре и буквально в двух шагах в темном зале, затаив дыхание смотрели, как на большом экране Омар Шариф пытается всеми, доступными ему способами разбогатеть.
У меня погасла сигарета, я достал спички, сложил ладони домиком и попытался прикурить. Ничего не получалось, огонек мгновенно гас на ветру, мне было стыдно. Я перепортил их кучу, злился и не сразу почувствовал, как меня легонько трогают за плечо.
Мария стояла.
- Здесь не загорится, - сказала она, - Надо идти туда, где нет ветра.
Она зашаркала впереди по дорожке, я поплелся следом.
Куда мы идем, думал я. Почему мы идем? Здесь уже нет ветра.
Мария один раз оглянулась, и, убедившись, что я не исчез, дальше шла не оборачиваясь.
Здесь уже нет ветра.
Мы зашли в пустой корпус, все кубинцы жили на втором этаже, и поднялись в ее номер. Она сразу подошла к окну и быстро задернула шторы. В комнате стало темнее. Мария повернулась и сняла белую майку. Кубинские сиськи оказались маленькими шоколадными с темными кругами вокруг сосков. Меня заколотило, руки задрожали, рубашка треснула по шву, замок в джинсах заклинило. Мы рухнули на кровать, что-то громко хрустнуло, матрас перекосило, он выехал, стал вертикально, и мы сползли на пол.
Мария оказалась раскаленной, как утюг. Она билась током, визжала, рычала, жарко шептала в ухо по-испански и укусила за сосок.
- Ай! – закричал я от внезапной боли.
Она слезла с меня и села рядом.
- Ничего, - сказал я, растирая левую грудь ладонью, - ничего. До свадьбы заживет.
Ее черные глаза стали еще чернее.
Боже, какой я идиот. Господи, я кретин и придурок!
Она потянулась за розовыми бриджами.
- Мне…эта, - залепетал я, пытаясь преодолеть возникшую неловкость, - мне…в туалет…наверное…
Я обмотался рубашкой и выскочил в ванную.
- Ну? - спросил я у отражения в зеркале. В голове был совершенный вакуум. Я пытался словить хоть какие-нибудь эмоции, но ничего не получалось. Они потом обязательно появятся, но сейчас пусто. Только несильная боль от укуса. Я потрогал сосок пальцами, - что ты об этом думаешь?
- Ничего, - ответило отражение.
Я со вздохом спустил воду в унитазе.
Мария сидела на корточках и смотрела на озеро в щель между шторами. Я натянул джинсы, заправил рубашку и собрался уйти. Она не обернулась.
- До свидания, - попрощался я, берясь за дверную ручку.
- У тебя еще остались женские сигареты? – неожиданно спросила она.
Я засуетился, захлопал по карманам и нащупал зеленую пачку своих болгарских.
- Вот.
В ее глазах промелькнуло что-то странное, растерянное, она вытащила сигарету, собралась привычно размять тонкими черными пальцами, но остановилась. Взгляд постепенно стал твердым.
- Нет, - сказала она, - все-таки слишком легкие.
И затолкала сигарету обратно в пачку.

(no subject)

Из-за "давления России" Белоруссия - не оппонент, а союзник Литвы. Такого мнения придерживается премьер-министр Литвы Гядиминас Киркилас. Как пишет BNS,"в немилость к России попавшая Белоруссия является не оппонентом, а скорее всего союзником в энергетической области, утверждает премьер Гядиминас Киркилас".

Выступая 4 октября на радиостанции Žinių radijas,Киркилас заявил: "Может мы здесь больше союзники, поскольку Белоруссия тоже испытывает давление в отношении и цен, и газа, и другого, есть также проблемы и с поставками нефти. Имеются планы, они представили некоторые предложения в среду (имеются в виду представление планов белорусской стороной 3 октября. - ИА Regnum). Я полагаю, что здесь речь идет об одной сфере, потому что транзитные трубы идут через Белоруссию".

Литовский премьер назвал также и другие "общности" с Белоруссией: это общее озеро, рядом с которым стоит Игналинская АЭС и где планируется строить новую АЭС, "Поэтому в отношении этого вопроса у нас немало общих проблем".

Как отмечает BNS, "Белоруссия применяет транзитную пошлину для российской нефти с начала этого года, таким образом отвечая на решение России ввести экспортную пошлину Белоруссии на покупаемую ею у России нефть. Россия с помощью этой пошлины стремится вернуть часть денег, которые Белоруссия зарабатывает,перерабатывая нефть и продавая ее Западу".