You are viewing lipkovichea

только для специалистов
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in Евгений Липkович's LiveJournal:

    [ << Previous 20 ]
    Thursday, August 28th, 2014
    11:11 am
    Tuesday, August 19th, 2014
    2:40 pm
    Sunday, August 10th, 2014
    11:17 am
    Бабник
    - Фишь! – воскликнул Борис и деревянный стол прогнулся от удара. С электрических проводов, натянутых между деревянными столбами, взлетели кофейные турманы и сделали несколько предупредительных кругов. Игроки молча скосили взгляды на цепь домино и убедились, что партия действительно закончилось. Черные блестящие костяшки со стуком посыпались из ладоней.
    Борис грузно повернулся ко мне, внутри широкой спины хрустнуло, поморщился и принялся массировать поясницу.
    - Вы не знаете, какой это был мужчина, - начал он рассказывать. - Вы даже не догадываетесь.
    Мы сидим во дворе за столом, на котором забивают «козла». Выцарапанной надписью «Гера+Рая» он упирается в ствол старой причудливо изогнутой яблони.
    - Он никогда не шел по проспекту Ленина просто так, он летел. Это был балет имени Кармен, аргентинское танго с саблями, песня песней. Из нагрудного кармана кремового пиджака с блестящими пуговицами всегда торчал синий платок, почти в цвет голубой рубашки, которых у него была дюжина. На лимонных туфлях были специальные набойки, и каждый его шаг выбивал из асфальта искры, а из женщин сердцебиение. Когда он появлялся, они вспыхивали, как спички. Даже у старой Ривы, которой уже тогда было почти сто и последние сорок лет, она разговаривала только с умершим братом и случайными кошками, даже у нее разглаживались морщины.
    Тяжелая ладонь с вытатуированной половинкой солнца захлопала по карманам застиранных до потери цвета физкультурных штанов. Борис увидел, что пачка «Беломора», лежит рядом на столе и подтащил.
    - Порхает какая-нибудь…, - он задрал покрытый сизой щетиной подбородок и сделал несколько движений поросшими седым пухом плечами, изображая, как именно она порхает - цокает каблучками, - он поцокал языком - на тысячу и пятьдесят процентов уверена, что Творец создал мир только для того, чтобы он валился к ее лакированным туфелькам. А мимо пролетает Гена, и ее уже нет, ничего не осталось. Все тысяча и пятьдесят процентов улетучились. Есть только перепутанные мысли и щемление в левой груди.
    Толстые, похожие на сосиски поросшими редкими волосками, пальцы размяли папиросную гильзу. Чиркнула спичка.
    - Один раз цыганка в электричке села к нему гадать. Она взяла его руку и так проехала три остановки…
    Изо рта его выплыло кольцо горького дыма.
    - У том годе была страшная жара и все люди были должны выпивать много жидкостей или, на крайний случай, пиво, а он спускался по водосточной трубе…
    Сидящий напротив не выдержал.
    - Вот, и что вы такое говорите, Борух? – возмутился он, - вот, и что?
    Борис чуть-чуть приподнял бровь и посмотрел так, как племенная буренка из образцового коровника смотрит на иностранную делегацию в голубых халатах. Оппонента такой взгляд распалил еще больше.
    - Не спускался он по трубе!
    - Ха! – веско осадил атакующего Борис. – Ха!
    И улыбнулся сверху вниз, точно Сталин с Мавзолея параду физкультурников.
    - Он никогда по трубе не спускался! – продолжал размахивать руками выскочка, - ни-ког-да!
    - Ха! – настаивал Борис. – Ха, Осип!
    - Он спускался по простыням!
    Глаза Осипа горели праведным гневом. Вокруг него был уже не сонный минский двор с раскаленными августовским зноем хрущевками, остатками яблоневого сада и грубо сколоченным столом, а залив Свиней, а он - есть сам Господь Бог Фидель Кастро и через морской бинокль целится в американский штат Флорида.
    Спор быстро обрастал интимными подробностями. Борис утверждал, что Баранский бежал совершенно голый, держа в зубах лишь туфли из кожи африканского буйвола (этому придавалось особенное значение) убитого во время корриды, а на газоне его поджидал разъяренный муж.
    - Немедленно! – он тряс желтым от никотина указательным пальцем, - немедленно случилась драка!
    И двигая покрытыми седой шерстью плечами, изобразил, как она случилась.
    По версии же Осипа Гена «был одетый у швэдский спинджак с пуговницами, а из нагрудного кармана, как завсегда выглядел кончик синего платка»
    - Он икнуть не успел, - кипятился Осип, - газон не подмял, а менты его в раз приняли у пятнадцать суток.
    Вчера сообщили, что Гена Баранский умер. С ним я работал бок о бок несколько лет. Не могу сказать, что хлебали из одной миски, но приятельствовали, при случае прикрывая друг друга. В тот день Гена лез на третий этаж по просьбе знакомой: она захлопнула дверь и забыла ключи. Его приняли за вора и вызвали милицию. Конечно, разобрались и отпустили.
    И, тем не менее, прозвище «бабник» прилипло.
    Нельзя сказать, что это был орден, отношения в рабочей среде были непредсказуемые - что для одного оказывалось несмываемым позором, преследующим всю жизнь, другой носил с гордостью и козырял:
    - Я триппером болел четыре раза! – сантехник для пущей авторитетности бил себя в грудь так, что в курилке стояло эхо. - Мне кололи бициллин, по три кубика, а этот…будет рассказывать, что Лидка не блядь!
    (К слову, Лидка была женщиной молодой, с яркими губами и высоким бюстом. Скорее всего, она была блядь, но исключительно строгих правил: спирт разбавленный не пила, только сладкое вино и, поднимая рюмку, всегда оттопыривала мизинец.)
    Все, конечно, соглашались - против трех кубиков бициллина возражать было никак не возможно - кивали головами и поддакивали.
    При этом каждый считал, что настоящий самец – он сам, но открыто называть Баранского шлемазлом не могли по идеологическим соображениям - банально боялись, что обвинят в знании еврейского языка. Времена стояли не простые…
    Турманы перестали кружиться и вернулись на провода, игроки продолжали стучать костяшками, огромный солнечный апельсин лениво закатывался за пятиэтажки, а в моей душе делалось еще печальнее.
    Friday, June 27th, 2014
    4:42 pm
    Но сражение состоится не в будущем...
    Если кто-то думает, что распад СССР случился в 1991 году, то он явно заблуждается.

    Советский Союз по настоящему разваливается именно сейчас, именно сегодня, именно в Украине.

    То, что произошло в 1991 году – был всего лишь один из актов борьбы за власть внутри Империи. Из-за бездарного руководства Союзом московские бояре, сцепившиеся в смертельной схватке за место в Мавзолее, ослабили вожжи и позволили удельным князькам на некоторое время поиграть в независимость. Деморализованные и дезориентированные, воспитанные и вскормленные Империей местные элиты принявшие борьбу за власть в Москве за столкновение идеологий, вступили в независимость под национально ориентированными знаменами. Начался эксперимент над подведомственными народами по созданию государственных институтов, МИДов, Национальных банков, армий, спецслужб.

    Конечно, никто не был готов. Особенно Запад, который столкнулся с проблемой долга бывшего СССР и ядерного оружия с замаячившей перспективой вместо одной красной кнопки иметь десяток. Но, в конце концов, все утряслось: долг СССР приняла на себя Москва, как впрочем, и ядерное оружие тоже.

    Получившие большие возможности для маневра удельные князьки принялись играть в независимые государства. А Империя, находящаяся в тисках низких цен на углеводороды, и из-за этого раздираемая внутренними противоречиями, длительное время смотрела на это сквозь пальцы.

    Но всему хорошему приходит конец. Еще Юрий Андропов, будучи главой КГБ СССР, предлагал Политбюро ЦК КПСС использовать международную напряженность в качестве инструмента для роста цен на нефть и, соответственно, пополнения бюджета.

    А его наследники, изучив зависимости и корреляции, сделали ставку на антиамериканизм.

    Впрочем, дешевые углеводороды не мешали Империи укрощать удельных князьков разнообразными заманчивыми предложениями: «Почему бы вам не войти в состав Империи всеми шестью областями? Почему вы в своей Латвии угнетаете русского человека, а вы в своей Эстонии делаете все, чтобы русский человек чувствовал себя вторым сортом?»

    Цены на нефть постепенно росли, а Уго Чавес, Саддам Хуссейн, атяолла Хаменеи, да и сам Барак Обама делали для этого все возможное.

    И, наконец, они выросли на столько, что лондонские особняки, охотничьи угодья, сделанные на заказ самолеты и яхты, которые взошли на распилах, стали казаться реальными достижениями. Мало того, их настоятельно выдавали за настоящие достижения действующей экономической модели.

    И это сработало. Бухгалтерские записи ударили в голову: Империя, в который раз, объявила себя «русским мiром».

    «Теперь любой, кто поднимет флаг бензоколонки, будет иметь наше покровительство», - прокричали с амвона и московские бояре тут же сделали попытку натянуть вожжи.

    Удельные князьки, вкусившие прелести собственных гаремов, раскатанных ковровых дорожек, почетного караула и отдыха за счет принимающей стороны, стали прогнозируемо сопротивляться братским поцелуями и любовным славянским играм.

    В ответ Империя сняла намордники с киселевых, спустила с цепи свору прохановых и леонтьевых, принялась обстреливать сопредельные государства не только хорошо экипированными вежливыми зелеными человечками, но авантюристами-реконструкторами гиркиными и бородаями.

    Пошло в ход и оружие двадцать первого века, впервые обкатанное на выборах США и в дальнейшем использованное во время арабской весны – социальные сети. С той лишь разницей, что Империю никогда не интересовала правда или справедливость, ее интересовал только результат.

    Теперь, когда такое происходит в Украине, совершенно очевидно, что СССР был лишь формой существования «русского мiра», неудачным социальным экспериментом по построению всеобщего братства и равенства.

    Мы, возможно очень скоро, увидим небо в алмазах, горизонт в ядерных грибах и развалины городов, по сравнению с которыми фотки Грозного после атаки, будут выглядеть, как Манхеттен.

    «Но сражение состоится не в будущем. Оно состоится сегодня. Сейчас».
    Wednesday, June 18th, 2014
    4:34 pm
    Мы снимали квартиру в Тель-Авиве, совсем у моря. А в соседней, балкон в балкон, жил парень, который занимался тем, что продвигал марихуану в легальных целях - легалайз. Узнали мы об этом совершенно случайно: к нему нагрянула полиция, и он весь свой запас травы перекинул на наш балкон. После того, как налет закончился, траву мы отдали. Он пригласил к себе в гости в живописно засранную двухуровневую квартиру, в которой среди хлама были протоптаны специальные дорожки и, расслабленный, демонстрировал свой товар.
    - Это, - он тряс внушительным пакетом,- марихуанна с 18% тетрагидроканабиола.
    И полез за следующим:
    - А это - 22% тетрагидронакабиола.
    Но и на этом он не успокоился
    Он вытащил несколько пакетов сразу и разложил на журнальном столике, где стояли маленькие электронные весы.
    - С 28%, - он тыкал пальцем, - с 30%, с 33% ...
    Он закрыл глаза и выпустил изо рта порцию синего тумана такой необычайной плотности, что его можно резать на куски и легко мазать на хлеб. Дым стелился по квартире, медленно заполняя свободное пространство. Хозяин продолжал сидеть с закрытыми глазами. У меня закружилась голова, задрожали колени, я выбежал в коридор.
    Потом мы подружились. У него была такса, совершенно фантастической расцветки: черная со светлой длинной шерстью, словно ей мелирование сделали. Она боялась гулять (с таким хозяином ничего удивительного) и ее выпускали на балкон, который был покрыт маленькими пирамидками из засохшего собачьего дерьма.
    Наконец, у хозяйки квартиры лопнуло терпение, а может на нее надавила полиция, и она потребовала, чтобы жилец съехал. Он забрал таксу, собрал вещи и с парочкой чемоданов перебрался в соседний дом. В квартиру точно такой же планировки.
    Через день после переезда я зашел к нему. Он сидел сложив ноги по-турецки в старом ободранном кресле, а в соседнем медитировала необыкновенной красоты эфиопка. На журнальном столике стояли электронные весы, на балконе сохла свежая пирамидка, а по новой квартире стелился синий плотный туман.
    Tuesday, June 3rd, 2014
    5:02 pm
    Поединок
    Обе баррикады закрывали проспект Незалежности наглухо.
    Восточная начиналась от Макдональда и тянулась к «Фрайдису», западная перегораживала дорогу от ГУМа к Нацбанку. Между баррикадами находилась нейтральная территория. По взаимной договоренности по ул. Ленина на несколько часов в день пускали транспорт в четвертую больницу и обратно. Раз в неделю появлялись сообщения, что противоборствующие стороны провели очередной раунд переговоров, и позиции сторон постепенно сближаются. Однако на самих баррикадах это никак не отражалось. Защитники западной то и дело бросали петарды восточных, а те отвечали им из катапульты глиняными горшками полными горящих углей. По вечерам продолжали устраивать концерты. На западной стороне выступал Сергей Михалок в сопровождении хора из его собственных внуков, с востока боевой дух поднимала, как говорили афиши, специально прервавшая турне лауреат многочисленных международных конкурсов, заслуженный деятель искусств Евроазиатского Союза мать-героиня Алена Ланская.

    Так продолжалось три месяца, окрестные дома стали постепенно привыкать, некоторые обитатели даже раззнакомились с защитниками, а девушка из четырнадцатой квартиры получила приглашение на свидание. Она обещала не торопиться и обдумать вопрос до конца недели, но к пятнице наступила жара. Вы же знаете, что такое жара в нашем климате - кошмар, только помноженный на два. Ни дышать, ни жить не возможно, асфальт пылает, мозги плавятся, и откуда-то атакуют мухи. Кроме того, в Макдональдсе закончилось мороженое. В Центральном универсаме оно закончилось еще раньше, там вообще никогда запасов не делали, и вся надежда была на Макдональдс. Менеджеры беспомощно разводили руками. Машина, говорили они, выехала, не может пробиться через блок-посты, связи с водителем нет.

    Было и второе событие, которое изменило привычный ход: противоборствующие всё-таки нащупали путь к компромиссу. Слухи об этом появились утром, кто-то утверждал, что видел ссылку в интернете, но не успел запомнить, кто-то божился, что уже выложили ролик на Ютубе.

    «Руководствуясь чувством ответственности, - говорилось в официальном сообщении, - осознавая необходимость положить конец противостоянию, стороны пришли к соглашению о поединке»

    Герольд, зачитывавший пресс-релиз, остановился и глотнул воду из пластиковой бутылки.

    «Победившая сторона, формирует правительство, назначает премьер-министра, который возглавляет правительство народного доверия, и объявляет о президентские и парламентские выборы, которые состоятся не позднее, чем в трехмесячный срок, с момента формирования …»

    - А когда поединок? – не выдержал кто-то.

    - Да, - закричали со всех сторон.- Да! Когда поединок?

    Герольд еще бубнил текст, не обращая внимания на выкрики с мест, наконец, закончил чтение, свернул бумагу в трубочку и сунул под мышку.

    - От меня вы что хотите? – обратился он к сотнику. – Я, что ли писал это? Я вам прочел, что есть.

    - Там больше ничего нет? – с надеждой спросили у него защитники.

    - Блин, - разозлился Герольд, - я знаю не больше вашего.

    - Нахрен ты такой тогда нужен! - выкрикнули из окна четырнадцатой квартиры и защитники восточной баррикады дружно заржали.

    Герольд затравленно оглядывался.

    Баррикада зашумела и принялась обсуждать предстоящий поединок. Спорили до глубокой ночи, никак не могли успокоиться.

    Утром жара навалилась с первыми лучами солнца. Сразу расхотелось не только думать, но и жить. Откуда-то появилась поливальная машина и принялись поливать водой пространство между баррикадами.

    - Поле чистят, - сказал один вслух то, что остальные думали.

    К десяти стало совсем нестерпимо, защитники перебрались в Макдональдс под кондиционеры.

    - Свободная касса! - приветливо кричали девушки в фирменной одежде.

    - Интересно, - спросил кто-то, - а западники, куда ходят остывать?

    - В хранилище Нацбанка,- пошутили в ответ.

    - Ну, ты шутканул. Га-га-га. Шутканул.

    В двенадцать часов на западной баррикаде началось движение. Зал Макдональдса мгновенно опустел. Защитники побросали недоеденные гамбургеры, двойной картофель фри, колу и побежали занимать боевые позиции. Буржуйки, которые использовали для приготовления углей, вновь раскалились на полную мощь, все приготовились отражать атаку. Тянулись томительные минуты ожидания, напряжение все возрастало, люди обливались потом. Девушка из четырнадцатой квартиры первой закричала «Смотрите!».

    Проезжавшая машина скорой помощи неожиданно остановилась. В центр нейтральной территории из нее выгрузили небольшой столик, два стула и «скорая» включив сирену, умчалась в сторону больницы. Все произошло так быстро, что никто даже не успел удивиться.

    Тем временем над западной баррикадой появился белый флаг. Щуплый черноволосый парень, с трудом перелез через баррикаду, стал на асфальт и принялся отряхивать узкие брючки от грязи. Следом вниз скинули сумку. Парень поднял ее и пошел к стоящему столу.

    Он не обращая ни на кого внимания сел, достал шахматную доску, поправил очки и принялся расставлять фигуры.

    Все ахнули.

    - Это что? – принялись спрашивать друг у друга защитники,- ради этого мы гнили в окопах? Ради этого не спали, ради этого готовы были отдать жизни? Тьфу!

    - Братья и сестры,- успокаивал сотник. - Это самый разумный способ, самый верный. Власть брать надо не бицепсом, не криком, не пулей, не страхом, а головой.

    - А если проиграете? – ехидно спросили из четырнадцатой квартиры, - Чернявый больно на еврея смахивает.

    Сотник собрался ответить, но из Паниковки вырулил небольшой конный отряд. Впереди рысью скакали два офицера в белых перчатках, следом седой тучный человек, и за ним еще два молодцеватых офицера. Они подъехали к баррикаде, и сотник побежал отдавать честь.

    - Кто это? – шептались защитники.

    - Шапиро, - шипели на них знатоки.

    - Какой Шапиро? Который гродненский?

    - Нет,- шипели знатоки,- который минский, областной.

    Шапиро грузно слез с лошади и, обливаясь потом, полез на баррикаду…

    http://charter97.org/ru/news/2014/6/3/101081/
    Sunday, June 1st, 2014
    5:01 pm
    задолбал этот ЖЖ, мудаки хреновы.
    Я давно почистил свою ленту от всяких мудаков, типа Холмогоровых и Кононенко. И прочих. Сам холил и лелеял ее. Теперь, с начала агрессии руССкого свинства в Украину, во френдленте постоянно возникают посты чмошников, которых не читал, не читаю и читать не желаю. Каким-то образом лента забивается сообщениями, как украинцы пьют руССкую куровь. И опять это Холмогор, Кононенко еще какая-то не менее депрессивная имперская дрянь. Что делать с этими криворучками из LJ, которые имеют где-то дыру и позволяют такое? Или это просто проплаченные посты, которые они вынуждены вставлять?
    Thursday, May 29th, 2014
    2:15 pm
    Конец чемпионата
    Долгожданная публичная презентация персональной службы эскорта Его Превосходительства превзошла все ожидания.

    Она не оставила равнодушной не только прогрессивную, к сожалению, традиционно инвестиционно недееспособную, общественность, но и прочих. Так уж исторически сложилось, что наша синеокая многовекторность привлекательна очень по особенному, очень, не побоюсь этого слова, самобытно. Эта специфика имеет еще не изжитую до конца темную сторону, которая создаёт предпосылки для активизации вякающих из-за угла кругов.

    И в этот раз они возбудились до такой степени, что в столицу СНГ, самый чистый город-герой из всех городов-героев, прилетела скоропостижно ушедшая из большого спорта, наспех загримированная лошадь для принятия официальных комментариев.

    - Что ты, дура, лыбишься? – тыкали пальцем в экран избиратели и налогоплательщики Республики Беларусь. - Было бы в тебе хоть что-нибудь человеческое, братское… славянское… на худой конец …

    Тут они пугались звука собственного голоса, втягивали голову в плечи и оглядывались по сторонам. Однако, их никто не слышал: супружница продолжала на кухне греметь посудами, ребенки носились на велосипедах по улице, папахен храпел в своём углу. Они облегченно откидывались на спинку дивана, делали последний глоток «Речицкого».

    - Ты же, как они все, - говорили они, - из того же дерьма. Водка, твиттер, балалайка.

    - Люся! – поворачивались налогоплательщики и избиратели к жене, - Люсь, у нас еще пиво есть? Холодненькое, а? Может, где завалялось, а?

    Из кухни появлялась супружница с бутылкой.

    - Глаза б мои тебя не видели, - ласково говорила она.

    - И тебя наше горячее, моноговекторное спасибо! – отвечали налогоплательщики и избиратели. – О, холодное. Отечество тебя не забудет.

    Жена устраивалась рядом, он обнимал ее за плечи и они смотрели, как лошадь нарезает круги вокруг интервьюируемого.

    - И что в ёй находят? – вопрошала супруга.

    - Хто? – уточнял он лишь для поддержания разговора, понимая, что вопрос по большей части риторический.

    - Вы, - говорила она, на секунду отстраняясь, - мужики.

    Он пожимал плечами и еще крепче обнимал колыхающийся под махровым халатом горячий центнер.

    Тем временем скорость лошади на экране всё увеличивалась. Постепенно она перешла в галоп и подняла вокруг себя тучу пыли. Изображение ее совсем потеряло четкие границы, помутнело, а мелькание стало нестерпимым.

    Голова налогоплательщика и избирателя потяжелела и начала клониться на бок. Глаза слипались и последнее, что супруги услышали, было «… касается Дашки, о которой речь шла, так я ее два года знаю. Очень порядочная девушка. Если бы у меня такая была девушка... Это выше крыши…»

    Они проснулись одновременно. Солнце еще не появилось из-за горизонта, но было уже светло. Небо порозовело, телевизор продолжал работать, шипел и светился голубым.

    За окном пытались петь нестройными голосами «Черный ворон». Пение то и дело прерывали отдельные тирады. Заплетающиеся языки сообщали, что скоро война, что весь мир будет у наших ног, что мы один народ, что незабудем-непростим, «Крым наш!» и всех порвем от океана до океана.

    Супруги продолжали сидеть на диване, боясь шелохнуться.

    Наконец, раздался долгожданный крик соседского петуха. Вопль о том, что на каждую бородатую женщину всегда найдется бритый член, оборвался на самой высокой ноте и все стихло. Через мгновение краешек солнца выглянул из-за горизонта. Яркий луч ударил в окно, проник за стеклянную дверцу серванта, отразился от фамильного хрусталя и полным спектром заиграл на натяжном потолке. Немедленно запели, зачирикали птицы.

    Они посмотрели друг на друга и улыбнулись. Хоккейный чемпионат, наконец, закончился. И, похоже, обошлось без жертв.

    http://charter97.org/ru/news/2014/5/28/100338/
    Tuesday, May 6th, 2014
    2:24 pm
    Poll #1967184 Если бы выборы в Беларуси состоялись по партийным спискам
    Open to: All, detailed results viewable to: All, participants: 48

    За кого бы вы голосовали?

    View Answers
    Правый сектор
    30 (65.2%)
    Единая Россия
    4 (8.7%)
    Я мудак и член БРСМ
    12 (26.1%)
    Wednesday, April 30th, 2014
    10:00 am
    Хацкевич
    Последний раз я его видел во вторник. Гена Хацкевич шел впереди, немного припадая на правую ногу.

    Я не окликнул, потому что не хотел быть втянутым в долгий разговор о тоннеле, по которому можно было оказаться на Марсе. Рыть надо было немедленно и, «если, понимаешь, под специальным углом обработать стенку», то действительность в нем проецировалась прямо в другую Вселенную.

    - Ты входишь в него, - Гена делал движение руками, словно продвигая предмет, - тебя перекручивает, ты этого не замечаешь, и выходишь уже на Красной планете.

    - Каналы, - продолжал он, не давая опомниться, - те же тоннели, только верх сделали прозрачным. Если бежать по каналу, выход оказывается совсем в другом месте. Так марсиане переселились на Землю.

    Гена говорил ровным голосом, и, казалось, не следил за реакцией своей жертвы, но все попытки сбежать мгновенно блокировал, мягко, настойчиво, удерживая собеседника за рукав. Опытные слушали молча в надежде, что Хацкевич сам иссякнет. Но его хватало на долго, и каждый раз развивалась новая тема.

    Я знал Хацкевича давно, со студенчества. Времена тогда стояли душные, а у Генки была крохотная мастерская, которую он делил с другим художником. Этакий островок свободы, где под портвейн спорили об искусстве и политике, не стесняясь в выражениях и эпитетах.

    Неожиданно в наш институт иностранных языков приехала на практику группа английских студентов, человек двадцать. Они жили в общежитии, и ходили упорные слухи, что иностранцы привезли в Минск запрещенную литературу. Официального надзора за ними не было, в свободное время британцы бегали по кафе и барам, знакомились с девушками. Кто-то притащил их в мастерскую к Хацкевичу, она была в келье бывшего монастыря (сейчас в этом здании популярное заведение «У ратуши»).

    Когда практика закончилась, студенты погрузились в поезд, в вагонное окно просунулась рука, и Хацкевичу протянули объемный сверток, завернутый в газетную бумагу. Генка схватил пакет и, не оборачиваясь, припустил в сторону от перрона. Его приняли на выходе с вокзала. В отделении милиции из сумки вытащили несколько кусков английского мыла, завернутых в газетную бумагу. На него плевались, орали, топали сапогами, обещали испортить жизнь, пытались составить протокол, но, в конце концов, отпустили.

    Он вышел невинно улыбающимся: перфоманс удался.

    В 1987 году он попытался угнать самолет «Минск-Ростов».

    Я очень живо представляю, как Гена вызывает стюардессу, показывает пакет, обернутый в газетную бумагу, из которого торчат два куска проволоки от наушников для «вокмана» (это такой кассетный плеер, когда-то очень популярный), и требует взять курс на Париж.

    Самолет задергался, пилоты запросили у диспетчеров дальнейших указаний и, когда земля выяснила, что купленный билет зарегистрирован на художника, получили приказ следовать своим прежним маршрутом. В Ростове Хацкевича ждал не спецназ, а санитары на скорой помощи. Взрывчатки, конечно не нашли: снова в газете оказалась пара брикетов хозяйственного мыла.

    А в Минске открыли следствие. В его мастерской провели обыск, следователи и эксперты чесали затылки, пытаясь понять Генкины работы. Картины были большие, интересные, многоплановые. Гена как-то рассказывал, что хотел бы от статичной живописи перейти к мультипликации. Пространства, положенные им на холст, должны были двигаться во всех измерениях, расти, пульсировать, размножаться…

    Нас, человек пятнадцать близких знакомых, вызвали на допрос в транспортную прокуратуру БССР.

    - Да, - подтвердил я следователю, - можете не сомневаться - он больной. Где расписаться?

    Неожиданно следователь вытащил из стола книгу «В августе сорок четвертого», которую я когда-то подарил Хацкевичу и прочел дарственную надпись:

    «Вкусы толпы – муть лозунгов «Пьянству – бой!».

    Бдителен будь! Враг Даже в постели с тобой.»

    - Оригинально, - сказал он с многозначительной интонацией, - вы сами написали?

    - Так, где расписаться-то? – настаивал я, делая вид, что меня книга не касается. Еще не хватало вступать с прокурорскими в литературные разборки.

    Следователь колебался. Он смотрел то на меня, то в книгу, потом опять на меня. Наконец, принял решение, захлопнул Богомолова и протянул протокол для подписи.

    Хацкевича признали невменяемым, этапировали из Ростова в наши Новинки, какое-то время кололи, потом отпустили. Он вышел и, практически сразу, уехал в Париж.

    Из Франции Гена вернулся переполненный идеями. Космические дирижабли, подводные поезда, солнечные велосипеды, летящие сквозь радиацию, гиперпространственные шкафы, сверхзвуковые скейборды…

    Некоторое время его слушали с изумлением, даже открыв рот. Потом привыкли. Потом стали переходить на другую сторону улицы.

    Его на днях похоронили. Он умер так и не понятым.
    http://charter97.org/ru/news/2014/4/30/96763/
    Wednesday, April 23rd, 2014
    4:19 pm
    Еврейская кровь
    Колонна шла бесконечным потоком.

    Младенцев несли на руках или толкали в колясках, те, что постарше семенили, держась за взрослых, подростки двигались, опустив головы, родители тоже старались не смотреть по сторонам, некоторых стариков везли в инвалидных креслах. Кто-то тихо всхлипывал, кто-то мучительно давился кашлем, кто-то украдкой прикладывался к фляжке. Над тысячами шаркающих ног стояла зловещая тишина.

    Чергинец на мгновение оторвался от завораживающего зрелища и глянул на часы. Полдень. Они идут с восьми утра, прикинул он, а конца и края не видно.

    Неожиданно в глубине колонны раздался вопль: «НЕЕЕЕТ! Ни за что!» Из толпы выскочила молодая блондинка, она на ходу отбивалась от повисшей на плечах старухи. Ей удалось, и она побежала по направлению к ближайшему переулку. Старуха, рыдая, осталась лежать на асфальте. Через нее переступали, спотыкались, наконец, подняли и повели вперед, держа под руки.

    Через несколько минут Чергинец увидел, как та самая женщина, которая выскочила из толпы, возвращается обратно. Глаза ее потухли, взгляд отсутствовал. Она, шатаясь подошла к колонне и шла параллельно, по тротуару. Через десяток метров блондинка сделала шаг в сторону и мгновенно слилась с людским потоком.

    Тренькнул телефон и замолк. Чергинец вздрогнул и испуганно посмотрел на айфон рядом на подоконнике. Вот оно, подумал Николай Иванович, началось. Приходи к нам на часок. Он закрыл глаза и представил, как ожидает в приемной, холеная секретарша смотрит сквозь него, не предлагает чаю и пропускает вперед каких-то незначительных людишек. Он делает вид, что его это не касается, что так и должно быть, и читает захваченную с собой книгу Василя Быкова. Строчки, конечно, пляшут перед глазами. Наконец, его приглашают. Он толкает дверь в кабинет. В комнате двое – хозяин и помощник.

    - Ну, что Николай Иванович, - говорит помощник, то и дело заглядывая в тонкую папку. Хозяин не встает, не приглашает сесть и даже не смотрит в его сторону. - На вверенном посту вы проявили себя, как узколобый и примитивный администратор, не способный к созиданию и творчеству. Подписан указ о вашем переводе директором клуба рабочей молодежи молочно-товарного производства Волковысской агро…

    Айфон резко завибрировал.

    - Алло, - сказала трубка голосом сына, - Папа, ты меня слышишь?

    У Чергинца отлегло от сердца.

    - Да, Игорь, - ответил он.

    - Что будешь делать? – спросил отпрыск, - это всех касается.

    А что я могу сделать? – подумал Чергинец, глядя на текущую под окном людскую реку. Ему показалось, что в толпе мелькнуло знакомое лицо. Он судорожно достал из кармана очки и напялил на нос. Нет, показалось…

    - Папа,- напомнил о себе Игорь.

    - Я здесь, - ответил Чергинец.

    - Что делать собираешься?

    Ему страшно не хотелось отвечать на этот вопрос.

    - Всё будет в порядке, сынок.

    - Что в порядке? – повысил голос Игорь, - что ты имеешь ввиду?

    - Все будет в порядке, - повторил Чергинец, - можешь не сомневаться.

    - Ты понимаешь, что всё рушится, - в голосе сына появились панические нотки.

    - Не волнуйся,- попытался его успокоить Чергинец.

    - Ты когда собираешься сдать кровь на анализ? – спросил Игорь,- ты уже занял очередь? Говорят, что в больницу Управления Делами завезли специальные тесты из Израиля. Они мгновенно определяют, есть у тебя еврейские гены или нет.

    - Я знаю, - ответил Чергинец, - не волнуйся.

    Сын пытался что-то еще сказать, но Чергинец не слушал и отключил связь.

    Он отошел от окна, еще раз наклонился над расстеленной на столе газетой «Беларусь сегодня» и перечитал:

    «Все чиновники, приравненные к ним лица и члены их семей города Минска и его окрестностей должны явиться в понедельник, 5 мая 2014 года к НИИ гематологии и переливания крови Долгиновский тракт, д 160 натощак. Взять с собой документы, деньги, ценные вещи, а также теплую одежду, белье и проч. Кто из чиновников, приравненных к ним лиц или членов их семей не выполнит этого распоряжения и будет найден в другом месте, будет уволен».

    http://charter97.org/ru/news/2014/4/23/95913/
    Tuesday, April 22nd, 2014
    2:27 pm
    Wednesday, April 16th, 2014
    2:54 pm
    про глубину


    Это было незабываемое зрелище. Ослепительно белое солнце, легкий бриз, ленивая волна и он, в белом махровом халате с вышитой синими нитками номограммой отеля, оставляющий свой незабываемый русский след на мокром песке.

    Я бежал к нему в надежде получить что-нибудь на память от колосса современной публичной политики. Автограф, монету, визитку, подстаканник, все равно что, лишь бы это можно было положить под стекло, поставить на полку и потом хвастаться знакомым.

    - Знаете, откуда это у меня?

    Они отставили стаканы с виски, бережно передавали друг другу коробку, где на нежном черном бархате покоился окурок, и вопросительно смотрели на меня.

    - От него самого!

    Я поднял глаза к потолку. Гости переглянулись, кто-то легонько прокашлялся и постучал по стеклу ногтем.

    - Путин не курит.

    - Путины приходят и уходят, - ответил я назидательно, - а Жириновские остаются.

    Мои друзья не нашлись, чем возразить и коробка с реликвией заняла свое почетное место среди фигурок Ганеши из черного дерева, Кали, из чего-то похожего на слоновую кость и каменного Вишну.

    - Где был Путин, когда Жириновский блистательно выиграл первые свободные выборы в России? – спросил я. - Кто его знал, кроме соседей по дачному кооперативу «Озеро»?

    Гости молчали, никто так и не притронулся к бокалам.

    - Ветер относил мои крики в сторону моря, - я продолжил рассказывать свою историю. - Владимир Вольфович не слыша, величественно ступая, ушел с океанского пляжа в номер отеля Хилтон. Я наклонился и вытащил из его отпечатка окурок. Сдул налипший песок и побежал к пластиковому лежаку, на котором лежал мой рюкзак с вещами. Окурок был бережно упакован в прозрачный пакет и пролежал там все оставшиеся две недели отпуска…

    - Я так думаю, – не выдержал один из гостей и потянулся бокалу, - у тебя крыша поехала.

    - Это точно его окурок, - обиделся я. – Почему никого не удивляет, когда в музее показывают трубку Сталина?

    От неожиданности мой друг расплескал выпивку. Он встал с кресла и принялся оглядываться в поисках салфетки.

    - Ну, ты сравнил. Сталин был настоящим русским патриотом… - сказал он, вытирая лицо. - Он…

    - А Жириновский искусственный русский, что ли? – перебил я. – Надувной?

    - Не надувной, конечно, но картонный. Картонный русский, – и повторил, - кагтавый гуский.

    Он посмотрел на меня и, убедившись, что я не обижаюсь, закончил:

    - Нет в нем глубины.

    Но я все-таки разозлился.

    - А в ком глубина есть?

    Гость пожал плечами. Остальные молчали.

    - Не знаю…

    - А я знаю…

    Я подошел к полке, снял коробку, открыл стекло и подцепил окурок, лежащий на черном бархате.

    - Жириновский бы Достоевского не запрещал…

    Щелкнула зажигалка и сизый горький дым наполнил легкие. Было невкусно и противно.

    http://charter97.org/ru/news/2014/4/16/94805/
    Wednesday, April 9th, 2014
    12:28 pm
    что у Путина в голове
    Все рассуждают: а что у Путина на уме? Меркель, я слышал, нервничает по этому поводу, да и Обама.

    Чего рассуждать-то?

    Возьмите ножовку по металлу и отпилите кусок. Сразу будет видно, что внутри. Если вы думаете - нечто новенькое, отличное от всего того, что вы видели раньше, то вас ждет разочарование. Те же пыльные закоулки, напичканные страхом, ненавистью, недоверием и отчаянным желанием восстановить былое могущество.

    Опять же - гадают, когда у русских созрел план по Крыму. Два года тому, три, пять лет… Позвольте всех вернуть в 1998 год. 25 июля 1998 года В.В. Путин становится директором ФСБ, а в марте 1999 года становится секретарем Совбеза России, сохранив за собой пост директора ФСБ.

    В мае 1999 года майор Юнус-бек Евкуров, в последствии президент Ингушетии, находившийся в тот момент в составе международного миротворческого контингента в Боснии и Герцеговине, получил от высшего военного командования Российской Федерации совершенно секретное задание: в составе группы из 18 военнослужащих подразделения специального назначения ГРУ ГШ ВС России скрытно проникнуть на территорию Косово и Метохии и взять под контроль стратегический объект — аэропорт «Слатина» и подготовиться к прибытию основных сил Российского контингента.

    Дальнейшее развитие событий вокруг аэропорта можно почитать в Википедии, например. Интереснейшее чтение, доложу я вам. Просто удивительное совпадение с тем, что произошло в сейчас в Крыму. По реализации, механизмам, по тактике. Кстати, в Югославии тогда тоже плохо лежало...

    (С одной лишь разницей – Путин сейчас поторопился принять Крым в состав России, чтобы не было никакой возможности откатать назад, как в 1999 году в Косово, чтобы сделать вид, что варианты для компромисса между разгневанными сторонами невозможны).

    5 августа 1999 года Ельцин на встрече с Путиным принял решение о назначении его премьер-министром, фактически наследником.

    После новогоднего поздравления 2000 года «Я ухожу…» было много чего.

    - Фальшивый обмен журналиста Бабицкого на чеченского боевика, с показом записи этой постановки на их центральном ТВ без звука, чтобы в эфир не попали протесты журналиста.

    - Провальная история ликвидации Зелимхана Яндарбиева в Катаре и последующий долгий торг с катарскими властями за возможность отсидки неудачников-ликвидаторов по месту прописки.

    (Я читал, что олигарх Вексельберг подписывался построить для эмира алюминиевый завод, так что порядок сумм выкупа можно себе представить).

    - Ну и конечно ЮКОС. Про отношения Ходорковского и Путина можно сказать словами персонажа из сериала «Карточный домик». Отвратительный вице-президент, холодный, расчетливый, наглый, не останавливающийся ни перед чем, ради достижения своей цели и расширения своего влияния, говорит не менее возмутительному не признающему отказов, бизнесмену-толстосуму: «Ну и что, что у тебя куча денег. Зато у меня – парни с пушками!»

    Ничто не остановило Путина на пути учреждения в собачьей конуре фирмы-однодневки «Байкалфинансгрупп», которая нагло и цинично выиграла конкурс на покупку главного актива ЮКОСа с миллиардной стоимостью.

    - Отжим НТВ при помощи «палочки» Коха. Альфред Рейнгольдович сейчас брызжет слюной в американских социальных сетях по поводу действий Путина в Крыму, но ведь когда он выгонял Гусинского с созданного им телевидения, это был один из топливных стержней, которые завели реакцию, закончившуюся Крымом.

    - В 2004 году Газпром отрубил газ Беларуси. Путин тогда был уже президентом, в некотором смысле либералом, Дмитрий Медведев работал главой его администрации и председателем совета директоров РАО Газпром. Не было никакой угрозы, что Беларусь уйдет в НАТО, или еще чего отколет геополитического. Но они не останавливались ни перед чем – газ отрубили зимой, заодно отключили и Калиниградскую область Российской Федерации, в которую из Беларуси шла транзитная труба.

    Вот краткое содержание основных извилин в голове Путина. Так что кто им поверит – тот три дня не проживет.
    http://charter97.org/ru/news/2014/4/8/93685/
    Monday, April 7th, 2014
    1:46 pm
    троллинг
    Такие приятные славянские названия островов Курильской гряды - Итуруп и Шикотан. А особенно Хабомаи и Кунашир.

    Хочу написать про весну, любовь, пиво в парке, дочку, которая на вопрос из учебника по истории Беларуси «Какую оценку выдадите правлению Казимира Ягайловича?», не задумываясь, ответила: «Два!» и сразу стало ясно, что не читала про соседа, который вытащил на улицу хромированный байк - мотоцикл блестит, а сосед жмурится, про его жену Верку, которая вышла во двор в глухом, под горло, черном платье с надписью на внушительном бюсте VERSACE, а когда повернулась, оказалась с огромным вырезом на спине, аж до самой-самой задницы, про пьяницу с коричневым лицом и толстыми очками, который уснул, держась за забор, и храпел так громко, что дети осмелели и обстреляли его из водяных пистолетов. Вот про это хотелось написать.

    Но ведь война совсем рядом, истерика, и 90% их населения одобряют действия нашего вероятного союзника. Это совсем не призрачная идея - участвовать в их авантюрах где-то далеко от наших границ.

    - Ты не понимаешь, - говорит он, - это была их земля, это Хрущев своим указом передал Крым Украине.

    - Как Кенигсберг? – уточняю я.

    Он смотрит на меня так, словно его подстрелили при наборе высоты.

    - Это была их земля? – спрашиваю я, глядя ему в глаза, - как Кенигсберг?

    Он молчит, хлопает ресницами.

    - Ты че?

    Я пожимаю плечами: ничего, старик. Все в порядке.

    - Такие приятные славянские названия островов Курильской гряды - Итуруп и Шикотан. А особенно Хабомаи и Кунашир.

    Сейчас он ответит. Я вижу, как слова проникают в мозг, бегут по извилинам, ударяются о стенки черепа, цепляются за выступы, жмут на какие-то кнопки. Сейчас, сейчас начнется. У него начинает двигаться кадык.

    - Крымская земля полита русской кровью. Каждый камень, каждая пядь, - произносит он, тщательно выговаривая слова.

    Я киваю. Конечно-конечно, только успокойся.

    - Как остров Даманский или обильнее?

    - Ты че? – его глазах начинают вспыхивать искры. - Ты че?

    - Че? – в тон повторяю я.

    - Русские в войну вас спасли, - говорит он и на лбу у него собирается напряженная гармошка морщин.

    Егоров и Кантария. Фашистские штандарты у мавзолея. Дмитрий Медведев с георгиевской ленточкой и айпэдом на Красной площади. Путин, летящий со стрехами…

    - Не русские, - поправляю я.

    - А кто? – он становится в стойку, - кто?

    - Советские.

    - Советские, - соглашается он и расслабляется.

    - А русские в РОА служили, в Русской освободительной армии. За Гитлера воевали, под командованием генерала Власова.

    - И что? – опять напрягается он.

    - Ничего, - пожимаю плечами я.

    - Нет, ты скажи!

    - А что говорить-то? Сейчас русские с флагами РОА в Крым вошли.

    - Ты на что намекаешь?

    - А что тебе кажется?

    А вокруг весна, коты на заборах, дети на ступеньках дома, играющие на своих айфонах, вороны, голуби…
    Tuesday, March 25th, 2014
    1:34 pm
    Monday, March 24th, 2014
    11:06 pm
    12:27 pm
    Poll #1961863
    Open to: All, detailed results viewable to: All, participants: 56

    В Беларусь неожиданно пришли вежливые войска. Идете ли вы защищать Лукашенко?

    View Answers
    Да, я патриот Беларуси
    18 (36.0%)
    Нет, я патриот Беларуси
    24 (48.0%)
    Я мудак и член БРСМ
    8 (16.0%)
    Friday, March 21st, 2014
    12:55 pm
    Tuesday, March 18th, 2014
    3:02 pm
    Телефонный разговор
    Есть у меня приятель, Мишик, бывший «блатной», но уже давно отошедший от криминала, остепенившийся, постаревший, измученный диабетом и одиночеством.

    Огромный, толстый, килограммов под сто пятьдесят. Он тяжело и трудно худеет, ест глюкозорасчепляющие таблетки и любит поговорить за здоровье и за политику.

    Вчера звонил очередной раз, я как раз шел возле «Вераса».

    - Женя, что творится, Женя! Что творится!

    Я попытался его успокоить, но он был заведен и не хотел слушать.

    - Куда бежать, Женя? – повторял он.

    В моем айфоне начался подозрительный треск. Если немного подождать и не вешать трубку, треск проходит. Видимо у тех, кто работает на прослушке разговоров, оборудование устроено таким образом, что подстраивается и через некоторое время перестает давать помеху. Вот я и замолчал.

    - Ты меня слышишь? – встревожился Мишик.

    - Да,- отозвался я.

    - Куда бежать, Женя? – повторил он.

    - Мишик, - сказал я, как можно более нежно,- нет у меня другого глобуса.

    - А что делать? – опять запричитал он. - Думал – не доживу.

    Я остановился.

    - Мишик, - мне захотелось сказать «Мишик, родненький», но я сдержался, - Все будет хорошо. Но ты сними деньги с беларуского депозита и купи долларов. А то после двадцать третьего марта у нас могут такого устроить…

    - А что двадцать третьего? – насторожился Мишик.

    - Выборы у нас…

    - А всего говорят, что девальвацию проведут после чемпионата по хоккею…

    - После чемпионата по хоккею тоже проведут, но сейчас – могут. Видишь, что Путин вытворяет, что с их рублем творится. А если девальвацию у нас провести до двадцать третьего, то народ точно голосовать не пойдет.

    - Ой, не говори, Женя.

    - Ваще даже и не знаю, что думать, - я понял, что нашел нужный тон и принялся разгонять. Мишик молча слушал, изредка вставляя «да-да», «точняк» и «ты прав, Женя».

    Вкратце рассказывал я следующее:

    - Путина ведь ничего не интересует, он ведь лично ничего не боится. Ментовский менталитет, как ты понимаешь. Помнишь, как ты сам точно заметил, когда он появился впервые: «Это же типичная крыша валютчиков с Комаровки». «Бабы еще нарожают» и «Русские – народ богоносец» - это его основные установки. На все санкции Путину лично наплевать. Народ потерпит и поймет. Ну, потеряют москали в стоимости недвижимости, ну и черт с ними. Одни потеряют, другие приобретут. А если олигархи разорятся, так это Путину только в плюс пойдет. А война вообще все спишет.

    - Война… - словно эхо повторил Мишик.

    - Не будет войны. Война это когда танки, пушки, солдаты. А здесь даже авианосец в Черное море не вошел, один сраный американский эсминец…

    - А что Обама с нефтью сделал? Фьючерсы на нефть попадали, пошли вниз.

    Я мысленно присвиснул. Ого! Это мне напомнило историю про банкира Джона Пипонта Моргана, который выйдя с биржи, принялся чистить ботинки и после того, как чистильщик стал у него интересоваться курсом акций, понял, что рынок перегрет и продал все свои бумаги. Ого!

    - Ну, это и хорошо. Это в интересах всего человечества. Ты же хочешь, чтоб бензин был дешевый?

    - Да, - ответил Мишик. – А если он бомбой?

    - Кто? – удивился я, - Обама или Путин?

    - Оба.

    - Нет условий таких. Даже когда в Афганистан войска вводили, никто бомбу не применял.

    - Ага.

    - Но когда из Афгана войска вывели, – раздался в телефоне еще чей-то голос, - Союз развалился.

    - Да, развалился, - согласился я, - Через десять лет, после ввода.

    - И что ты хочешь сказать,- продолжил неизвестный, - Россия тоже развалится?

    - Да, - поддакнул Мишик, - Когда она развалится к ядрене фене?

    - А че? - спросил я в свою очередь, - у них есть альтернатива?

    - Есть,- отозвался неизвестный, - они могут присоединить к себе Казахстан, Беларусь, даже Латвию.

    - Это решит их проблемы? – разозлился я. - Демографические? Это остановит Китай от экспансии? Понизит там рождаемость? Это остановит добычу сланцевого газа и нефти? Это заморозит новые технологии?

    В трубке снова защелкало.

    - Мишик! – занервничал я,- Мишик!

    - Здеся,- отозвался он.

    - Что это за чел у тебя там, меня спрашивал?

    - Хрен его … Я думал это у тебя кто-то…

    Мы оба замолчали. Раздался пронзительный свисток, от неожиданности я подпрыгнул. Выскочивший из незаметно припаркованного среди других авто, гаишного автомобиля, мент жезлом подзывал женщину, перебегавшую улицу на красный спет.

    - Ладно, Женя, - Мишик прервал паузу, - Всех благ тебе. И здоровья. Главное здоровья.

    - И тебе, Мишик,- попрощался я растеряно. – Но ты все-таки доллары купи…

    - Какие доллары, Женя? Мы были и так бедные, но потом нас обокрали… Пока…

    http://charter97.org/ru/news/2014/3/17/90846/
[ << Previous 20 ]
About LiveJournal.com